ОДИССЕЙ  (УЛИСС)

Существует три традиции трактовки этого персо­нажа — две античных и одна средневековая. Одиссей Гомера — это сын Лаэрта, царя Итаки (современной Левкадии), муж Пенелопы и отец Телемаха, один из героев «Троянской войны». В «Илиаде» Одиссей про­являет себя «хитроумным», ловким и отважным воином: вместе с Аяксом и Фениксом Одиссей избран посланни­ком Агамемнона, вместе с Диомедом он совершает ноч­ной набег на троянский лагерь (см. РЕС), становится победителем на соревнованиях, устроенных на похоро­нах Патрокла. В «Одиссее» он отличается прежде всего своей изобретательностью, находчивостью и любозна­тельностью. При этом Одиссей нежно предан своей жене — Гомер говорит, что Одиссей не мог сопротив­ляться Калипсо и Кирке только потому, что они были богинями, в то время как от близости с Навсикаей Одис­сей элегантно уклонился. Одиссей все время помнит о своей главной цели — вернуться домой (ведь он не хотел участвовать в троянском походе, притворился безум­ным, но был разоблачен) и он действительно вновь встречается с Пенелопой после двадцати лет стран­ствий, полных удивительных приключений (см. ЭОЛ, ЛЕСТРИГОНЫ, КИКЛОП, СЦИЛЛА, СИРЕНЫ). Хотя Одиссей и славится своей хитростью, он, в противопо­ложность библейскому Якову, всерьез никого не обма­нул — он, можно сказать, мастер невероятной истории. Гомеровский образ Одиссея-героя нашел отражение, например, в «Троиле и Крессиде» Шекспира, в опере «Возвращение Улисса на родину» Монтеверди, в серии картин Козимо, посвященной Одиссею.

В негомеровском эпосе Одиссей проявляет себя на­стоящим негодяем, таким же мы его находим у греческих трагиков — только в «Аяксе» Софокла Одиссей ведет себя великодушно. Одиссей не только сам при­бегает к откровенной лжи, чтобы завладеть больным ФИЛОКТЕТОМ, но еще и заставляет участвовать в обмане молодого Неоптолема. Одиссей беспощаден к еврипидовой ГЕКУБЕ, когда, несмотря на ее мольбы, он отказывается сохранить жизнь ее дочери Поликсене. В Афинах 5 в. до н. э. Одиссей был образом самого беспринципного софиста: действительно, Одиссей у Вергилия не испытывает никаких угрызений совести по поводу похищения святыни — ПАЛЛАДИЯ, а СИНОН рассказывает, как Одиссей казнил Паламеда по лож­ному обвинению в предательстве, придуманному им самим, ДИКТИС выставляет Одиссея в таком же свете. Что касается новой литературы, похожий взгляд на Одиссея нашел свое отражение, например, в «Филок-

тете» Жида.

Третья традиция трактовки образа Одиссея связана с пророчеством  Тиресия из  одиннадцатой книги  «Одис­сеи». Тиресий предсказывает, что Одиссей, несмотря на подстерегающие его опасности, вернется в Итаку невре­димым,  однако  потом должен  будет  с  веслом  в  руке совершить   путешествие   в   страну,   жители   которой никогда не видели ни лодок ни моря, и не солят свою пищу. Как только кто-нибудь в той стране примет весло Одиссея за лопату, это будет означать, что цель Одис­сея  достигнута  и  тогда,  воткнув  весло  в  землю,   он может возвращаться домой и жить в мире и спокой­ствии. Тема этого путешествия Одиссея была разрабо­тана в «Телегонии» — эпической поэме позднего про­исхождения, однако, для европейской литературы ока­зались существенными не новые приключения героя, а сам по себе образ Одиссея как вечного странника, нигде не находящего  успокоения.  Одиссей и Диомед поме­щаются на восьмой круг дантова Ада — в «стонущем огне»    среди    «лукавых    советчиков»    («Божественная комедия», Ад 26), причем Одиссей терпит наказание еще и за свое стремление исследовать недозволенное, кото­рым Данте втайне восхищается. Сам Данте предлагает свою оригинальную версию гибели Одиссея: Одиссей со своими товарищами проплывают Геркулесовы столпы, отправившись   в   путешествие,   чтобы   «изведать  мира

дальний кругозор и все, чем дурны люди и достойны». «Вы созданы  не для животной доли, Но к доблести и к знанью рождены»,—

— говорит Одиссей своим спутникам, и они пр°Д°^л~ жают плавание до тех пор, пока не достигают огромной горы Чистилища и терпят кораблекрушение. Таким же предстает Улисс в одной из лучших поэм Теннисона. В «Одиссее» Никоса Казанцакиса, задуманной как про­должение поэмы Гомера, Одиссей после долгих лет странствий пытается основать мировую столицу в Африке, однако ему это не удается и он заканчивает свои дни в Антарктике (символ одиночества), ища правду уже не во внешнем мире, а в себе самом. Одис­сей Казанцакиса — это индивидуум современного типа, не принимающий жизнь такой как она есть, в то время как герой написанного на пятьдесят лет раньше «Улисса» Джеймса Джойса вполне сохраняет гомеров­ский дух. Леопольд Блюм и другие персонажи Джойса — жители современного автору Дублина имеют своих прототипов в «Одиссее» Гомера.

Образ Одиссея — один из любимейших в изобрази­тельном искусстве, особенно во времена Возрожд^ения-Рубенс, Иордане, Тибальди, Карраччи, позже Тишбейн, Тернер, Серов оставили замечательные интерпретации этого, одного из самых парадоксальных характеров античности.