ТРОЯНСКИЙ КОНЬ

Эта знаменитая военная хитрость, посредством которой греки послали в Трою группу людей, спрятан­ных в полом деревянном коне, была частью цикла троянских саг, известных Гомеру, хотя в «Илиаде» об этом ничего не говорится. Его строитель Эпей упоми­нается только как кулачный боец. В «Одиссее» (4) Менелай напоминает Елене, что, когда конь оказался внутри городских стен, она ходила вокруг него, стуча по нему и выкрикивая имена людей, которые по ее пред­положению могли быть внутри; очевидно, конь не пред­ставлялся чрезмерно большим. Елена использовалась как приманка, потому что ее сопровождал троянский царевич Деифоб, но Одиссей никому не позволил от­кликнуться. В «Одиссее» (8), при дворе Алкиноя, Одис­сей просит аэда спеть о том, как Эпей делал коня с помощью Афины, и как благодаря изобретательности Одиссея конь попал в Трою, так что Гомер получает возможность кратко рассказать о разграблении Трои и построить мост между двумя эпосами. В «Одиссее» (2) Одиссей в Подземном мире рассказывает тени Ахил­леса, что его сын Неоптолем был среди тех, кого избрали, чтобы отправить в коне. Но все детали, кото­рыми пользуется Вергилий в «Энеиде» (2), взяты из утраченных младших эпосов: СИНОН убеждает троян­цев, что греки сдались и уплыли навсегда, оставив коня как жертву Афине, а жрец ЛАОКООН тщетно пытается помешать троянцам затащить коня в город, говоря — «Чем бы он ни был, страшусь и дары приносящих данай­цев». Затем Синон ночью выпускает греков, и ворота города открываются для основных отрядов. Этот конь был огромным, «как гора». Греческие ученые, включая Павсания, время от времени пытались объяснить коня как осадную башню в форме лошади, подведенную, к стенам или боковые ворота с изображением лошадиной головы, но это слишком мудрая история, чтобы истолко­вывать ее в научных комментариях. Она изображалась на ранней росписи помпейских ваз, которые в своем роде так же драматичны, как картины Тьеполо с анало­гичным сюжетом.